В советское время Латвия стала новым домом для многих белорусов — в том числе, семьи Пастуховых. Чтобы обеспечить своим детям лучшие условия учебы, Федосей и Аксения примерно 35 лет назад переселились в ныне Каплавскую волость: купили за пять с половиной тысяч дом, и начали его обживать.
Оба — люди трудолюбивые, иначе вряд ли смогли бы приобрести дом, к тому же прибыть в Латвию на собственных “Жигулях”, что уже само по себе в те времена служило признаком благополучия.
Ехали, конечно же, не на пустое место. Прежде подробно расспросили знакомых, наведались в эти края сами и пришли к важнейшему для себя выводу — школа под боком, что им, собственно, и нужно. На этнической родине детям приходилось мерить девять километров утром и столько же вечером. Да и с работой здесь проблем не было. Аксения многие годы состояла в штатном расписании школьного техперсонала, позже трудилась полеводом в колхозе. Ее трудолюбие было замечено и по достоинству оценено. В свою очередь, Федосей работал колхозным шофером, крутил баранку грузовика и тоже делал это добросовестно.
Супруги вырастили троих детей, за которых теперь не надо краснеть, наоборот — ими можно гордиться. Елена в свое время работала прорабом в совхозе “Краслава”, Иван стал шофером, Федор преподавал физкультуру, однако пришлось поменять работу — теперь он трудится на фирме “Варпа”.
В 1998 году семью Пастуховых постигло несчастье — в три часа ночи сгорел жилой дом. Не удалось спасти почти ничего. Что ж, имущество и деньги — дело наживное. А вот документов не вернешь. Больше всего хозяева жалели семейные фотографии. В те горестные дни на помощь Пастуховым пришли почти все жители округи — кто вещи приносил, кто деньги. Хозяева рук не опустили и принялись восстанавливать жилье. Купили два заброшенных дома, перевезли к себе и вдвоем с известным приедайнским плотником Федосей поставил стены, потом крышу. Ну, а все внутренние работы легли на супругов. В 2000-м справили новоселье. В новом доме три довольно просторных комнаты, кухня.
Теперь здесь живут также сын Иван с женой Валентиной. Оба увлекаются рыбалкой. Иван, к тому же, долгие годы являтся заядлым охотником, но добывает зверя не ради трофеев, а для собственного удовольствия. В свою очередь, Валентина очень любит цветы. Согласитесь, весьма нестандартный набор интересов для женщины, окончившей когда-то Даугавпилсское 38-е училище, где готовили строителей. Восемь лет проработала маляром на крупных рижских объек-тах, — таких, как, например, завод “Алдарис”. Имела допуск на работу в высотных зданиях, профессия была по душе. Коррективы в привычный жизненный уклад внесло замужество. Создав семью, Валентина переехала к мужу и лет восемь отработала на швейной фабрике в Краславе. Уволилась по семейным обстоятельствам — чтобы присматривать за больными родителями. Последние десять лет Валентина трудится на лесопилке. Одновременно продолжает учиться, недавно окончила курсы по деревообработке. Возможно, сама того не сознавая, Валентина старается все уравновесить: коль судьбе было угодно “устроить” ее на такую работу, то вместо спиленных деревьев следует посадить новые. Так что когда-нибудь дорога к усадьбе “Закиши” будет пролегать по аллее, на одной стороне которой зашумят посаженные Валентиной дубы, на другой — штук двадцать елей. Саженцы дубов ей подарили, елочки же сама выкопала в лесу, собирая грибы и ягоды. Принесла домой и посадила — одни весной, другие осенью. К удивлению не только окрестных жителей, но и специалистов, все деревца прижились.
Усадьба “Закиши” словно создана для туризма, и складывается впечатление, что хозяевам не чужд этот бизнес. Свидетельство тому — утопающий в цветах дом, тишина вокруг, банька, большой пруд, старинный каменный хлев, вывеска, кстати, сделанная руками самой Валентиной. Весной в ее подножии разобьют большую клумбу, украсят висячими вазонами также дерево, которое держит вывеску. Тем не менее, гостевого дома здесь нет. Так что имидж туристического объекта — лишь мнимый. Правда, специалисты отрасли предлагали хозяевам заняться этим делом, но и молодые, и старые пока воздерживаются приглашать гостей. Банька совсем старая, надо строить новую. Да и где разместить приезжих? Хотя хозяин и признает, что горожане с удовольствием ехали бы в эти места, все же из нашей беседы я сделал вывод, что пока Пастуховы не намерены ничего предпринимать. Пусть скромно, но вполне обходятся пенсиями, зарплатами и приусадебным хозяйством. А живописная округа — как говорится, для души.
Сажать цветы и поддерживать сад в идеальном порядке — забота Аксении. По словам хозяйки, каждый цветок для нее одинаково дорог и доставляет огромную радость, причем с детства. Всю свою жизнь она занималась цветами, все делает своими руками. Валентина по части цветов — скорее, помощница. Никто из обитателей дома не возьмется сказать точно, сколько и какие цветы украшают усадьбу с ранней весны до поздней осени. Наверняка наберется больше двух десятков. Однако Аксения не любит хвастаться, и ее рассказ по насыщенности заметно уступает тому, что видно вокруг.
“Кстати, елки у дома сажали мы с мужем, — продолжает женщина. — Сыновья еще в школу ходили, так что деревьям лет 25. Сажать обязательно надо, смотрите, сколько леса вырубают!”
К разговору подключился и Федосей: “Иногда мы обсуждаем эту тему. Когда в конной повозке едешь в сторону Краславы, больно смотреть на делянки, где от леса остались одни пни. При колхозах столько не пилили. Тогда убирали в основном сухие, поваленные деревья, вывозили на лошадях до большака, грузили в машины и отправляли дальше. Теперь, бывает, до боровиков не добраться — кругом сплошные заросли”.
Однако одними дарами леса сыт не будешь. На приусадебном участке Пастуховых растут фруктовые деревья, сажают картошку и другие овощи, сеют зерно на фураж. Каменному хлеву лет сто, но он в полном порядке — ни фундамент садится, ни стены трескаются, в отличие от теперешних, кирпичных и панельных зданий. Что и говорить — умели наши предки строить! Федосей считает, что хлев послужит не одному еще поколению. Беда лишь в том, что скота в хозяйстве намного меньше, чем требуется, чтобы его заполнить.
Пастуховы-старшие уверяют, что жизнью в Латвии довольны: если б это было не так, давно вернулись бы на родину. Здешние их любят и уважают, семья тоже открыта и дружелюбна к каждому. Латвийское гражданство? Формально его не имеется, но и Федосей, и Аксения в душе ощущают себя подданными нашей страны. Тем более что гражданство Латвии полагалось им автоматически: оба — выходцы из той части Белоруссии, которая когда-то принадлежала Литве. Было дело, собрали все документы, оставалось заплатить по 15 латов каждому, чтобы получить новые паспорта. Однако документы сгорели той роковой ночью, а затем каждый сантим для семьи был на вес золота.
Аксения: “Пенсию государство платит, чем не жизнь! Основные продукты — собственные. Никто нас не обижает ни по части гражданства, ни по языку. В Латвии народ толерантный, так что общаемся на русском языке, тем более что учить латышский уже поздно. Лежала как-то в рижской больнице — там меня уважали и разговаривали на русском”.
Федосей: “Да и краславские медики обычно спрашивают: как вам удобнее разговаривать — на латышском или на русском? Выбирай, что лучше. Нам неведомо, почему некоторые в Латвии испытывают дискомфорт. А если честно, то больше всего хочется сохранить здоровье — это самое важное”.
Пенсионерам довелось слышать по телевизору, что у должников будут вычитать деньги за отопление. И это правильно, считают Пастуховы: нельзя жить за чужой счет. Не хочешь или не можешь платить — переселяйся в деревню. Молодым, правда, ехать некуда, ведь на селе работы нет. Были бы колхозы, тогда и устроиться люди могли бы, если в городе не прожить. Пенсионеры такой возможностью уже пользуются. Например, в Каплавскую волость переселились несколько столичные жительниц: продали там квартиры, купили здесь дома, сделали из них “конфетку” и живут — не тужат. Могли бы так в городе? Но это пенсионеры, молодым хуже.
А вот лодырей Федосей с Аксенией не жалуют. И всецело поддерживают своего управляющего Андриса Узула: мол, навел порядок в волости, лентяев к работе приставил, с пьяницами не нянчится. И правильно делает!
Юрис РОГА.
0 komentāru