Пару недель назад житель Скайстской волости, бывший дорожный рабочий Янис Гришан отметил 90-летний юбилей.
С этим событием его поздравили родные, друзья, соседи, бывшие коллеги, представители самоуправления — исполняющая обязанности исполнительного директора Гундега Гришане, а также медсестра медпункта Алена Олехно.
Родина Яниса — деревня Зелли, что в Дагдской волости. Он прекрасно помнит то время, когда каждому хозяйству был отведен длинный участок земли, которые тогда называли полосками: “У маленького хозяйства участок был узким, у большого — шире. Каждая семья обрабатывала свою полоску. Скот пасли на общем пастбище. Хозяева выпускали коров со двора, и все стадо гнали на поле. Помню, как землемер со своей аппаратурой приходил замерять и делить землю. У него были такие трубки, в которые нужно было глядеть, а затем втыкали в землю длинные деревянные палки. Да, уже в те времена у землемеров были свои аппараты, хоть и не такие современные, как нынче…”
За свою жизнь Янис накопил огромный багаж воспоминаний, которыми можно было бы заполнить не один газетный номер. Однако целью нашей встречи было не это, а сам Янис. Он рассказал, что вырос в большой семье, у отца с матерью было восемь детей. Янис — старший из трех братьев, а все сестры были старше его. За стол усаживались целых 12 человек, поскольку с ними жили дядя с отцом. Вокруг большого стола — длинные скамьи, каждому члену семьи отведено строго определенное место. Обычно выставлялись две большие миски с едой — по одной на каждом конце. Из них-то и ели ложками, поскольку отдельных тарелок и вилок не было. В то время никто и подумать не мог, что можно пропустить общую трапезу.
“Только в 1924 году перешли из деревни на хутор — отец построил новый дом и хозпостройки, — продолжает Янис. — Я окончил шестилетку в Дагде, затем — двухлетнюю сельскохозяйственную школу в Константинове. Учился очень хорошо, на четверки и пятерки. Поскольку был старшим из сыновей, отец планировал оставить меня хозяйничать на своей земле, сделать из меня настоящего крестьянина. Я подчинился, закончил сельхозшколу. Однако в 1940 году в страну пришла советская власть. Политические обстоятельства были таковы, что только дурак не понимал — никакого собственного хозяйства, на своей земле, больше не будет. Отцу с дядей принадлежали 50 гектаров земли. В 1939 году они успели разделить ее, иначе при новой власти пришлось бы туго. У отца были жатка, косилка, грабли — словом, хозяйство неплохое. Помню, когда людей вывозили, приезжал конвой и в Зелли. Но тогда провалился мост, машина упала в реку. Конвой провозился там до утра, так деревню и не тронули. А там было два больших хозяина. До сих пор неизвестно, за кем из них ехали…”
Жизнь Яниса полна интересных фактов. Например, когда учился в Константинове, его преподавателем был отец теперешнего кинорежиссера Ивара Селецкиса.
Как вы уже поняли, крестьянина из Яниса не получилось. В марте 1941 года он отправился в Дагду, где стал работать помощником старшего дорожного мастера Язепа Крауклиса. Тот немного знал Яниса, поэтому предложил должность именно ему. Янис благодарен Язепу за то, что он заразил его любовью к дорогам. До тех пор парень не очень-то интересовался этой сферой деятельности. Однако с детства помнит, что семье было выделено 100-150 метров самоуправленческой дороги, которые они должны были самостоятельно содержать: ежегодно привозить и насыпать гравий, разравнивать поверхность, ухаживать за обочинами. За выполнение этих обязанностей никто им не платил. Протяженность участка дороги зависела от размеров хозяйства. А государственные дороги содержались, естественно, за счет госбюджета.
Помощником старшего дорожного мастера Янис отработал на протяжении всех лет фашистской оккупации, поскольку дорожников в немецкую армию не призывали. А вот брата Доната взяли. Он погиб где-то в Калининградской области, и место его захоронения неизвестно.
“Сам я в школьные годы занимался в мазпулке, Антон был скаутом. А вот Донат не состоял ни в одной организации, — вспоминает Янис. — Когда немецкие войска отступали, в школе ходили слухи, что советские войска дальше Айвиексте не пройдут, англичане и американцы не пустят их в Латвию. Тогда Донату предложили убежать поближе к Риге, чтобы остаться в живых. Там-то его немцы и мобилизовали. Среднего брата, Антона, также нет в живых. Всю жизнь он отработал главным технологом на Даугавпилсском заводе электроинструментов. В армию не взяли — у него была больная спина. А меня призвали в советскую армию, когда немцы отступали”.
Война нанесла Янису и его семье серьезный материальный ущерб — у него на глазах сожгли дом и хозпостройки.
“За три дня до этого немцы предупредили людей, что их дома будут сожжены — чтобы собрали ценные вещи, — вспоминает Янис. — По деревне Зелли проходила линия фронта, повсюду были окопы. На расстоянии километра выпиливали и вырубали деревья, сжигали дома — не только наш, все. Вещи перевезли в Богданский лес, одежду и обувь сложили в большие бочки и закопали в хлеву под навозом, а также в сарае под мякиной. Зерно, сколько смогли, засыпали в ямы для картофеля. Когда три дня прошли, вначале спилили большие деревья, сожгли отдаленные здания. Затем один немец забрался на чердак, и на моих глазах поджег дом. Зданиям было только 20 лет… Однако вели себя немцы порядочно, извинялись, показывали карту. Рассказывали, почему нужно сжечь именно эти здания. Битва закончилась, немцы отступили и вошли советские солдаты. Они сразу стали повсюду рыскать, разгромили нашу пасеку, после чего пчелы устроились на деревьях. Вокруг было много погибших. Со временем на месте сгоревшего дома родители построили времянку, в которой прожили до самой своей смерти”.
Когда Яниса мобилизовали, он попал в пехоту — 43-ю гвардейскую дивизию. Военную службу начал в августе 1944 года, принимал участие в боях за освобождение Риги в Пардаугаве. 5 марта 1945 года, во время битвы в Курземе Янис был ранен и попал в госпиталь. Неподалеку взорвался снаряд, и от ударной волны он упал. Осколок угодил в ногу, и Янис почувствовал, что сапог наполнился кровью. Два других солдата, которые несли пулемет, немного отстали и погибли на месте.
Янис был награжден медалью “За отвагу”. После госпиталя ему присвоили звание сержанта и определили в учебный батальон, где он обучал других солдат. Когда в 1946 году Яниса демобилизовали, он вернулся на прежнее место работы, но теперь уже дорожным мастером. В 1947 году окончил трехмесячные курсы по этой специальности. Затем поступил на заочное отделение Рижского строительного техникума, где получил профессию специалиста по строительству и эксплуатации автодорог и мостов. Янис считает, что в то время специалистов готовили основательно, — например, в чертежах и расчетах нельзя было допустить даже малейшую неточность.
Вся дальнейшая жизнь Яниса связана только с одним местом работы. Позднее он из дорожного мастера дорос до инженера, в этой должности и вышел на пенсию.
Дорога из Краславы в Дагду, которая проходит около дома Яниса, — самый масштабный проект в его жизни. Построена она в 1948-1949 годах: “Мне нужно было организовать работу 30-40 человек. Техника примитивная — гравий привозили на бортовых машинах, рабочие выгружали и разравнивали его лопатами. Вообще строительство дорог — это тяжелый ручной труд. Я следил за организацией работ, чтобы все было правильно сделано. Вначале люди были очень работящими — их не успели испортить колхозно-совхозные годы. Кюветы выкапывали лопатами, сносили старые деревянные мосты, после чего прокладывали трубы и строили железобетонные. Все делали на месте. Для мостов привозили арматуру, которую нужно было вручную согнуть, скрутить, придать форму — и на месте забетонировать. Не то, что сейчас — привезут уже готовую конструкцию, которую нужно лишь правильно сложить.
Доставляли камни, дробили их и высыпали на дорогу. По такой и ездили. Асфальта еще не было, он появился лишь в 60-х годах. Заливали его примитивным методом, поскольку техника для укатывания асфальта также еще не появилась. Привозили гравий, с помощью грейдера сооружали вал. Машина доставляла битум, который наливали сверху, а затем здесь же, на дороге, грейдеры смешивали битум с гравием и разравнивали.
Зимой дороги нужно было очистить от снега. Заготавливались деревянные треугольники, окованные металлом. Затем впрягали двух лошадей, которые и тянули эту конструкцию посреди проезжей части. Для этой дороги лошадей нужно было сменить четыре раза. Позади конструкции находилось дышло, которое рабочие придерживали — чтобы снежная масса не стянула треугольник с середины дороги. Количество снега — раз в десять больше, нежели теперь. Случались такие заметенные участки, что приходилось откапывать лопатами, в результате образовывались глубокие проходы. Кажется, было это зимой 1954-1955 годов — ни одна машина тогда целый месяц не могла доехать до Дагды. Снегоотражатели устанавливали на обочинах, метрах в 15-20 от дороги, чтобы предотвратить заносы. Если не было заборов, плели из хвороста. А еще сажали елочки. Для того чтобы дороги не становились скользкими, мы делали так: грузовая машина медленно ехала с открытым задним бортом. Двое рабочих лопатами высыпали из кузова на дорогу песок. Или же так: на конные сани грузили ящик, наполненный песком, к оглобле привязывали фонарь, а затем ехали по дороге и рассыпали песок. Причем нужно было успеть до того, как начнет светать.
Грейдирование также было примитивным: две лошади тащили волокуши. До Юрьева дня нужно было устранить все неровности. Вот и таскали туда-обратно. Где участок похуже — по нескольку раз. Серьезная дорожная техника появилась в 70-х годах, а до этого в основном был ручной труд. Сегодня все механизировано. Даже смешно становится: ну, что нынче за работа?!
В свое время мне пришлось проектировать здание конторы и клуба. Был я и руководителем работ, когда строили для рабочих трехэтажный дом — поскольку никто другой за это не брался. Почти весь район обошел с геодезическими инструментами.
Еще во время работы в Скайсте Янис познакомился с местной учительницей математики и физики Валерией Буко, на которой и женился в январе 1950 года. В 1956-м семья из Скайсты перебралась в Богданы. Дочь Анна родилась в 1951 году, сын Юрис — в 1954-м. Оба окончили Рижский политехнический институт: Анна — строительный факультет, Юрис — аппаратостроения и автоматизации. Оба успели поработать по специальности, однако со временем все изменилось. Анна живет теперь в Скайсте, присматривает за больным отцом, Юрис — в Риге.
Знающие его люди характеризуют Яниса как человека доброго, ответственного, примерного труженика, хорошего отца и главу семейства. О его серьезном вкладе в развитие народного хозяйства свидетельствуют множественные награды, высочайшая из которых — “Ветеран труда”. 14 октября 1979 года, отпраздновав очередной день рожденья, Янис вышел на пенсию. Ведь ежедневно преодолевать 20 километров до Дагды и обратно уже не позволяли силы. Однако своим коллегам, которые еще в течение нескольких месяцев после этого обращались за помощью, никогда не отказывал.
Дорожник без автомобиля? Так не годится. В 1972 году Янис приобрел первые “Жигули”, затем — снова “Жигули”. Однако вот уже около десяти лет за руль Янис не садится. Его первым транспортным средством был мотоцикл “Минск”, который приобрел в 1954 году. Тогда нужно было много ездить по работе, между тем, таким специалистам государство могло предоставить только… велосипед.
Самое большое хобби Яниса — рыбалка. Может, поэтому у него такой спокойный нрав. Озеро недалеко, когда был помоложе, рыбачил зимой и летом. На спиннинг случалось вытянуть 6-7-килограммовых щучин. По словам Яниса, раньше рыбы было намного больше. Однажды в день Микелиса он на озеле Куля натаскал 12 щук.
Кроме этого, Янис никогда не отлынивал от общественных обязанностей, принимал участие и в культурной жизни — в 1940 году пел в хоре на Латгальском празднике песни в Даугавпилсе. На протяжении многих лет был участником Дагдского церковного хора. А еще выступал в танцевальном коллективе 16-го дорожного департамента, даже в Риге. Сейчас тоже с удовольствием станцевал бы, да не позволяет эндопротез. Проблемы со здоровьем связаны с военными годами — спали в лесах, шалашах, в окопах.
После войны Янису еще раз довелось доказать свое бесстрашие. На собрании по созданию Скайстского отделения Латвийского Народного фронта он первым и пошел подписываться. И лишь затем — остальные. В то время власть коммунистической партии еще была сильна, и никто не мог предположить, как такая активность позже отзовется. И только потому, что Янис в тот момент находился в больнице, он не смог присутствовать в Скайсте в день поднятия красно-бело-красного латвийского флага.
Сегодня пенсионер активно следит за событиями в стране, много читает прессу, — выписывает “Ezerzeme”, “Latvijas Avīze”, “Latgales laiks” и журнал “Katoļu dzeive”. А еще любит разгадывать кроссворды, смотреть телевизор. На полках в его доме много хороших книг. Это было своеобразным законом: получил зарплату — привези домой книгу! Любила читать и супруга Яниса, которой уже нет в живых. Из ветеранов войны, которые в 1985 году сфотографировались в Скайсте, живы остались только трое. Янис продолжает любимое дело — держит пасеку, ведь к пчелам привык с самого детства. Ульев и рамок в то время не было, пчелы жили в отверстии круглой колодки. Пока отец ходил за емкостью, Янис однажды решил отведать меда. Но одна пчела ужалила его за губу. Однако это Яниса только сблизило с этими насекомыми, а не отвадило от них. Пчел он не держал лишь в тот период времени, когда ушел из родительского дома и пока не построил свой. Тесть тогда привез им два улья. Теперь их уже два десятка.
Юрис РОГА.
0 komentāru