Полагаясь только на себя

Рукоделия свариньской мастерицы Ольги Ружи настолько необычны, что аналогов им в ближайшей округе нет.

“Эзерземе” однажды уже рассказала о первой работе долголетней танцовщицы ансамбля “Вечеринка” — белом лебеде, выполненном в стиле оригами: 440 бумажных треугольников просто “заправлены” друг в друга, без единой капельки клея. Новое дело Ольгу увлекло, и за непродолжительное время появились тыква, кактус, ваза, корзиночка и другие милые фигурки. Любопытный факт: пока у нее нет последователей, во всяком случае, здесь — в отличие от других свариньских рукодельниц, чьи работы, до и дело, пытаются копировать.

Чуть раньше Ольга увлекалась квиллингом — делала цветы и цветочные картины. Все это для души, особый интерес вызывает конечный результат, который и служит стимулом для новых поисков. Импонирует также то, что она — единственная в Сваринях, кто сгибает бумажный лист в треугольники, а затем складывает их воедино. А вот вязать Ольга не любит, хотя и умеет. Не увлекается и кулинарией, правда, хозяйка неплохая. Зато ей по силам то, что другим кажется невероятным: ее произведения настолько воздушны, что к ним страшно прикоснуться. На самом же деле треугольники крепко держатся друг за друга, обеспечивая прочность конструкции. Впрочем, корзинка показалась мне настолько убедительной, что дужка осталась в руке… Надо было либо вынуть яблоки, либо браться за днище!

Ольга не без оснований относит себя к коренным жителям: из Белоруссии родители привезли ее в Сварини в годовалом возрасте. Чуть дрогнул голос этой веселой женщины при упоминании теперь уже закрытой Лабиешской школы, где она училась с 1-го по 8-й класс. Вначале учебное заведение находилось в Добрачине, а восьмой класс заканчивала уже в Сваринях.

Ольга: “В свое время и в поселке, и в его окрестностях жило намного больше народу. В подготовительном классе нас было 18 детей, учебу в первом начали девять. Один мальчик потом уехал, и оканчивали уже ввосьмером. Да и другие классы были для села довольно большими. Больно осознавать, что нашей школы больше нет, нынче ее закрыли”.

Затем Ольга поступила в Дагдское СПТУ, чтобы освоить специальность домашней хозяйки. Но спустя два года вышла замуж, и учебу пришлось прервать. С мужем Александром познакомились здесь же, в Сваринях. В семье две дочери: Дана учится в 10-м классе Эзерниекской средней школы, Вероника — четвероклассница, и в этом году ей не оставалось ничего другого, как тоже отправиться в Эзерниеки. Латышскому языку Ольга училась, но чтобы помочь детям, знаний у нее недостаточно. Муж — латыш, но с языком и у него проблемы. Поэтому семья Ружей рада тому, что рядом живет бывшая учительница латышского языка Леонора Станько, ныне пенсионерка, которая приходит на выручку.

“К ней можно обратиться в любое время, замечательный, добрый человек, — говорит моя собеседница. — Помогает не только нашим, но и другим поселковым ребятишкам”.

На селе жизнь особо хлопотная. Профессии, когда-то казавшиеся перспективными, больше не востребованы, и не остается ничего другого, как полагаться на свои силы, знания, опыт и умения. Александр в свое время выучился в Дагде на механизатора широкого профиля, не один год проработал в совхозе “Восход”, позже — в одноименном паевом обществе. После его развала создал собственное крестьянское хозяйство “Лакстигала”, но развернуться не получилось. Держат двух коров, но, как и другие крестьяне, испытывают серьезные проблемы с реализацией и закупочными ценами. В прежние годы у Александра была возможность сезон кочегарить — хоть какой-то доход.

Ольга: “Деревенские хватаются за любую соломинку, лишь бы прокормить семью, выучить детей. Выбора-то нет. Хобби мужа — железо, он часами может возиться в гараже, что-то ремонтирует, улучшает. Скутер, автомашина, два трактора, мини-трактор — все старое, ломается. Вообще-то работы очень много, временами кажется, что всего не успеешь”.

Тем не менее, Ольга находит время и для своего увлечения, и для ансамбля “Вечеринка”, в котором танцует много лет. Увлеклась танцем еще в школе, а теперь по стопам мамы пошли и обе дочери: Дана — участница молодежной группы “Ома” Свариньского нардома, Вероника танцует в ансамбле младших школьников “Карусель”.

“Похоже, здесь эпидемия какая-то”, — отвечает Ольга на вопрос, почему свариньцы целыми семьями участвуют в культурной жизни.

Когда-то девочки увлекались кактусами. Собрали порядка 15 сортов, но постепенно интерес угасал, и растений становилось все меньше. А вот маме больше нравятся бумажные — у них нет иголок, да и поливать не надо… Младшая дочь неравнодушна к рыбалке, уже с пяти лет. Вероника “заразила” этим и отца, и Александру не остается ничего другого, как брать девочку на озеро или другой водоем, где обитает рыба. По словам Ольги, это у нее от деда Мечислава — одного из известнейших в Сваринях рыболовов.

Многоквартирный дом, в котором живут Ружи, в отличие от других поселков района, выглядит вполне прилично. Типичная городская квартира, с центральным отоплением и постоянной подачей горячей воды зимой и по необходимости — летом. В свое время дом отапливался с центральной котельной, потом осталась локальная, а, в конце концов, две семьи оборудовали автономное отопление своего жилья, чем весьма довольны. Не стало проблем, свойственных большим коллективам, двоим всегда проще договориться. Плита имеется, но, по словам хозяйки, в ней нет никакой необходимости: уже четыре зимы в квартире бывает даже жарко. А до этого мерзли: отопление включали поздней осенью, когда на улице уже стояли холода. Содержание дома — тоже в ведении самих жильцов. Так что в Сварини вполне можно ехать за опытом.

Сама Ольга в последнее время дальние путешествия не предпринимала. Отца в Белоруссии навещала лет пять назад. Чтобы поехать туда, требуется виза, а это дорого. В этом году у отца побывала сестра Елена, старше Ольги на пять лет. Он вернулся на родину в 90-е годы, когда на селе все стало рушиться. Матери к тому времени уже не было в живых, похоронили ее здесь же, в Сваринях. По словам дочери, как ни тяжко было расставаться, для отца это лучшее решение, в соседней стране он сразу получил работу. Здесь это вряд ли было возможно, к тому же — языковой барьер. Вот только видеться хотелось бы чаще, увы — не выходит.

Юрис РОГА.