Уже несколько лет Андрупенское волостное самоуправление имеет свой социальный дом “Атвасара”, где теперь живут две женщины преклонного возраста — Эмилия Ольшевская и Антонина Пизане.
У каждой отдельная комната. Еще одно помещение зарезервировано для девушки, которая вот-вот станет совершеннолетней, окончит школу, и которой самоуправление по закону обязано предоставить жилье. Правда, пока она живет в другом месте.
Самое просторное помещение в социальном доме — комната отдыха, где при необходимости можно поселить двух-трех человек. В 2005 году социальный дом благоустроили: подвели воду, канализацию, приобрели стиральную машину-автомат. Софинансированием послужили средства, подаренные доктором Уве Хаусманом из Германии.
Хотя незначительная помощь со стороны обеим женщинам не помешает, обе они чувствуют себя, словно дома, и по возможности стараются делать все, что могут. Пенсионерки глубоко признательны самоуправлению за проявленную заботу и сильно обеспокоены тем, что будет после реформы: отнесутся ли с таким же пониманием депутаты нового края и позволят ли спокойно дожить отведенный Всевышним срок в привычных условиях.
Обе женщины на протяжении многих лет живут в Андрупенской волости, а здесь оказались в силу возраста и в связи с ухудшением здоровья. И одна, и другая, не покладая рук, трудились на благо совхоза. Эмилия Ольшевская после тяжелой болезни с трудом разговаривает, поэтому тактично отказалась от интервью. По словам бывшей совхозной доярки, она не чувствует себя одинокой, рядом соседка, да и родня не забывает. В комнатке — радио, небольшой телевизор, правда, смотрит его редко, стала плохо видеть. Если есть желание, можно выйти и посидеть на лавочке у дома, отправиться дальше без посторонней помощи уже не может. Говорит, что 82 года — возраст немалый.
Годом больше Антонине Пизане. Она охотно согласилась пообщаться, первым долгом сказав: “Очень нужное учреждение, живу здесь уже лет восемь. Сильно расстроены тем, что будет после того, как образуется уезд. Меня и правда пугают перемены: очень хочется дождаться последнего часа здесь, а не куда-то переезжать”.
Детство Антонины прошло в Польше, там она родилась, росла в семье из семи детей. Жили сравнительно неплохо. Отец зарабатывал портняжным делом, мать была домохозяйкой. Добротный дом, собственный магазин, немного земли… Все забрала война. Антонина была вынуждена сменить местожительство, и перебралась в Латвию к сестре. Та поселилась здесь еще раньше, когда при Улманисе хозяева нуждались в работниках. Жила сестра в руйенских краях Валмиерского района. В один прекрасный день ее хозяин удрал вместе с немцами, оставив свой дом: мол, живи, если хочешь!
В Латвии Антонина научилась работать и в поле, и по дому. До сих пор не забыла, как надо косить, только вот сил больше нет. Зато охотно копается в грядках, сажает чуть-чуть картошки, сеет морковь, свеклу, боб… Шутит, что теперь чаще командует другими, чем сама работает. Заботу о старушках из социального дома волость доверила Марии Павловой. Она и поддерживает порядок в комнатах, вокруг дома, снабжает продуктами, топит баньку и помогает женщинам помыться.
С Антоном — будущим супругом — Антонина познакомилась в Малте, куда однажды приехала на крестины малыша своей младшей сестры. Приглянулись друг другу, поженились и стали жить в Бруверах. Она работала дояркой на ферме, муж — подсобным рабочим. При помощи братьев Антон построил большой дом на живописном озерном берегу. Родился единственный ребенок — сын Янис. Теперь он, к сожалению, безработный, перебивается случайными заработками, живет один.
“Второго такого, как мой муж, встретить не удалось, — говорит Антонина. — Не курил, не пил, меня буквально на руках носил, всегда ласковый, внимательный. Родился он в 1918 году, был простым крестьянином, неважно слышал, поэтому держался ближе к ферме. В 2000-м умер по старости. Через какое-то время я была вынуждена отправиться в пансионат — одна сама уже не могла за собой ухаживать. Ни в автолавку, ни к доктору сходить. Век буду благодарна председателю волости Янису Брилю, который устроил меня сюда. На тот момент здесь уже жили две старушки, я стала третьей.
Было очень трудно расстаться с привычной средой, своим двухэтажным домом, построенным еще при Улманисе, причем не кое-как, а по плану, и переселиться в центр. Но что делать — не могла я там выжить! Тут костел под боком, регулярно хожу туда: пусть в каждой руке по тросточке, но потихоньку добираюсь сама.
Через улицу — магазин. Продукты приносят, но готовлю тоже сама. И со стиральной машиной научилась обращаться. Недалеко живет фельдшер, если надо, даже в полночь прибежит — очень хороший человек! Недавно я неудачно упала, ушибла руку. Две недели мучилась, пока вылечилась. У дома кусочек земли, можно что-то посадить. Это важно, ведь мы привыкли к земле, скоту. В лучшие годы держали с мужем 2-3 коров, свиней, овец, курочек, уток, гусей, индюков.
За свои деньги купила радиоприемник и маленький телевизор, чтобы знать, что происходит в стране. Всем остальным нас обеспечивает самоуправление: газ, вода, электричество, теплый туалет. Есть баня, дважды в месяц основательно моемся. Живем вдвоем, между собой ладим, навещаем друг дружку. В комнате отдыха молимся или просто сидим, беседуем. Отмечаем дни рождения, другие праздники”.
Самые приятные воспоминания для Антонины связаны с советским временем, когда люди хорошо жили, прилично зарабатывали. Но и трудиться приходилось много и тяжко. С гордостью женщина показала письмо к октябрьским праздникам с благодарностью за добросовестный труд, подписанное первыми лицами района — секретарем Краславского райкома Компартии Латвии Г. Голубевым, председателем районного агропромышленного объединения А. Орловым и главой райисполкома К. Рагозиным. Не менее дорога ей и другая награда: за добросовестный многолетний труд ветерана труда благодарят директор совхоза “Андрупене” Я. Бриль, секретарь парткома В. Солоха и председатель рабочкома Ю. Бондер.
По словам пенсионерки, все трудовые награды перечесть невозможно. Но один подарок ей особенно дорог — мягкий пуховый платок, который однажды накинул ей на плечи Янис Бриль. Как раз в нем она и пожелала сфотографироваться для газеты.
К рукодельницам Антонина себя не относит, хотя в детстве, когда ноги еще толком не доставали до педалей, пробовала ткать. Конечно же, свяжет носки или варежки, но никогда этим не увлекалась. Будучи человеком веселого нрава, с удовольствием затянет песню, причем не только латышскую или латгальскую, но и польскую. Само собой разумеется, владеет русским.
Юрис РОГА.
0 komentāru