За многолетнюю газетную практику у меня сложился обширный круг знакомых, хорошо понимающих назначение журналиста. А потому искренне желающих помогать корреспонденту делать районное издание интересным.
Такие добрые отношения лет двадцать назад завязались и с Янисом Здановским, бывшим опером, а теперь — пенсионером МВД. Он был косвенным автором многих криминальных историй и курьезов из практики правоохранительных органов, которые, думаю, читатели со стажем еще не забыли. Мы с Янисом встречались в различных ситуациях, а вот попасть к соавтору моих публикаций домой довелось впервые. Случай помог: Мария Здановская, обладательница приза “Эзерземе”, оказалась матерью моего давнего-давнего приятеля. Да и сын ее, к счастью, оказался дома, хотя уже готовил во дворе авто к поездке. Сидеть без дела — не в его правилах. Встретились мы с ним радостно, одним словом — родственные души.
Мария Яновна гостя из редакции ждала и, рассмотрев подарок, не отказалась сфотографироваться. Пока я искал подходящий фон, гостеприимная хозяюшка сама подсказала выход: “Снимите меня под часами, которые 8Янис на юбилей подарил. Дорогая память”. Расспросами обладательницу эксклюзивного календаря я долго не мучил, знал, что сын ее, как обычно, подкинет веселую тему. Сама Мария Яновна родом из Пушской волости, а с суженым познакомилась на вечеринке. Давно дело было, но не забывается. Так крестьянская семья и поселилась на родине мужа, в деревне Маслово, меж Яунокрой и Вецокрой. Место очень удачное: при дороге, на берегу озера и среди добрых людей. Когда старшему сыну, Янису, было всего-то шесть годков, отец его погиб от злодейской руки. Как теперь выяснилось, эта семейная трагедия и послужила главной причиной того, что Янис со временем стал сотрудником уголовного розыска. Начинал простым постовым, дослужился до начальника отдела и руководил Дагдским участком полиции.
Рано овдовев, Мария Яновна не поддалась унынию: с тремя детьми на руках не до этого. Трудилась, не покладая рук, в животноводстве. Была человеком неравнодушным, а потому неоднократно избиралась депутатом местного и районного советов. Сейчас, на склоне лет, потомственная крестьянка жизнью вполне довольна. Старший сын не только каждодневно опекает, но и превратил прибрежный хутор в сказочный уголок: новый колодец во дворе, обшитые пластиком стены избы, стеклопакеты. Островок Европы в Латгалии. Как я приметил, в деревне из семи дворов усадьба Здановских самая-самая. Бабушке-прабабушке скучать недосуг: шесть внуков, правнук…
Закончив разговор с мамашей, я подмигнул Янису: “Готовь веселую тему!” Тот понимающе ответил: “Мы с тобой про охоту никогда не толковали, за четверть века всякое случалось, всего не перескажешь. Нравится мне охотничья присказка: “Не чудо промазать, а чудо попасть”. Вот и поговорим о меткости стрелков”.
Вначале мой собеседник признался, что с годами душа запросила покоя, поэтому-то он так увлекся хуторской идиллией. Обзавелся двадцаткой гектаров земли, приобрел в собственность часть озера, до которого рукой подать. Было дело, в так называемую перестройку зверь сильно пострадал от временной анархии. Но теперь численность косуль, кабанов и лосей восстанавливается, и это обстоятельство очень радует местных стрелков. Что ни охота — то веселые приключения, ради которых азартные мужики и спешат гурьбой на лоно природы. И неизвестно, с каким настроением охотник возвратится домой: меткий выстрел — высшая награда, досадный промах — позор, от которого не скоро отмоешься. Друзья-острословы будут помнить и подначивать не один год.
Послушаем Яниса: “Лет десять назад дело было. Загон — удачнее не бывает: с одного захода восемь сохатых уложили. Но вот загадка: у семерых огнестрельные раны очевидны, а восьмой — без царапинки, но мертвый. Стали подтрунивать над стрелком, на которого вышел тот восьмой. Мол, зверю так не понравилось твое обличье, что он умер от инфаркта. Версия была близкой к истине. При разделке туши вдруг выяснилось, что пуля попала зверю точно… в анальное отверстие, и, пройдя через внутренности, угодила в самое сердце. Стопроцентный инфаркт! Дружная компания хохотала до упада весь осенний день. А вот стрелку было не до веселья: с того приключения в лесу к нему прилипло прозвище “доктор”. У охотников — вредные языки, ничего не запамятуют, даже если пройдет двадцать, тридцать лет.
Другой любопытный случай произошел в прошлом сезоне. Тоже загон удался: шесть лосей окружили. Пальба началась, как на войне, да все как-то мимо. Мы уж было приуныли: коллективный промах, да и только. Как вдруг выходит из укрытия даугавпилсский охотник Сергей, на номере которого прогремели два выстрела. Смотрим — и не верим: на его голове корона победителя из двух еловых веточек. Ну, думаем, розыгрыш, чтоб нам настроение поднять. А тот победно показывает два пальца. Пошли смотреть — точно: лежат почти рядом два сохатых. Вот это меткость! Высшее счастье, о котором охотники только мечтают. Что и говорить, везение — великое дело, однако без мастерства и опыта на желанный результат трудно рассчитывать. Да и дни разные случаются: то очень везучие, то наоборот.
Третий пример из области почти полного “пролета”. Осень. Удачный загон: насчитал я двадцать восемь прогремевших выстрелов, но результат — хуже некуда. Всего один хилый кабанчик, да и того чудом зацепили две шальные картечины. От такой досады мы стали называть себя “ворошиловскими стрелками”, что на нашем языке теперь означает — мазилы. Прижилось определение.
Охота без острот, баек и розыгрышей — что жаркое из дичи без соли. А то, что иногда “мажем” — это хорошо. Зверья больше будет”.
Алексей ГОНЧАРОВ.
0 komentāru