Несколько лет назад аглонский крестьянин Янис Межиниекс передал свое хозяйство “Абелитес” зятю, а сам стал так называемым “европейским пенсионером”.
Согласно условиям, хозяйство должно просуществовать пять лет, отсчет последнего года начнется 22 марта.
“Теперь я надсмотрщик и советчик в одном лице, — смеется Янис. — Из-за проблем со спиной ничем другим помочь не могу. Хозяйство занимается молочным животноводством, стадо небольшое — всего пять дойных латвийских бурых, ну и, конечно же, молодняк. Держим также лошадку, так сказать, для души, на выезд. Земли вроде немало, в общей сложности чуть больше 40 гектаров, однако пахотной всего 12, поэтому несколько гектаров приходится арендовать. Для пяти коров хватает, а расширяться фактически некуда. Хорошо, что зятю удалось обеспечить необходимый прирост.
В последние годы наряду с животноводством стали заниматься туризмом. Есть гостевой дом “Абелитес”, деревенская банька, место отдыха у озера, лодки, беседка, спортивная и детская игровая площадки. Отдыхающим здесь нравится. В наши дни от побочной отрасли отказываться не следует, тем более что и одна, и другая носят сезонный характер”.
Аглонские края — родина его жены Вильхельмины, сам Янис из Даугавпилсского района. По профессии шофер, права получил в 1966 году, до женитьбы работал в мелиорации. Потом переселился в Аглону, устроился в ПМК. Семье дали квартиру, теперь в ней живут дочь Рита с зятем, а Янис и Вильхельмина переехали на усадьбу. Рита преподает в Аглоне, сын Ивар выучился на присяжного землемера и трудится в Риге.
Есть в биографии Яниса два года, проведенные за границей: “В начале 90-х организации стали разваливаться, я взял в собственность землю и уволился. Чтобы заработать на технику, решили оба с женой поехать в Ирландию. До того супруга работала в магазине, потом на пекарне, шесть лет была комендантом Аглонской базилики. Дождавшись приглашения, отправились в дорогу. Это был 2001 год, а на следующий к нам присоединился зять. Заработали неплохие по тем временам деньги, купили трактор и прочую сельхозтехнику, отремонтировали дом, построили еще один — гостевой”.
По словам Яниса и Вильхельмины, тогда за границей работалось иначе, чем теперь. Отношения с работодателем самые лучшие, мучило лишь то, что ни один, ни второй практически не знали иностранного языка. В цеху у конвейера стояло восемь человек: мыли, сортировали, взвешивали морковку, грузили мешки на поддоны и отправляли в супермаркеты. Трудились по 10 часов в сутки, конечно, с перерывами и чайным часом. Словом, никакое это не рабство, с чем сравнивают свое заграничное житье-бытье нынешние гастарбайтеры. Наоборот, иногда даже просили хозяина дать им работу на субботу и воскресенье: в чужой стране заняться практически нечем. Однажды случился курьез. Серебряную свадьбу чета справляла в Ирландии, и хозяин подарил им бочонок с пивом, который юбиляры первоначально приняли за внушительную банку с краской.
Янис: “Языка толком не знали, и поскольку тогда я занимался покраской стен, решил, что в бочонке ни что иное, как краска. Только позже сообразили, что к чему”.
Мой собеседник по праву гордится памятной медалью участника баррикад и до сих пор помнит огромный подъем и энтузиазм, царившие в Латвии в ту пору. Не без горечи говорит: не сбылись чаяния народа, ловкачи потихоньку все растащили.
“На баррикадах мы ощущали небывалое единство, — рассказывает Янис. — Страха не было, даже шутили, что с кулаками пойдем на танки. Повсюду горели костры, люди подносили еду. Никто не усомнился в правомерности своих действий. По пути домой из радиопередачи узнал о первых погибших. Охватило странное чувство, ведь совсем недавно там был я — наша группа охраняла телецентр”.
Юрис РОГА.
0 komentāru