Новая жизнь

Мир держится на ответственности человека. К счастью, не перевелись еще люди, которые благотворят не от избытка в кармане, а по доброте душевной.

При этом они твердо руководствуются главным принципом: следует не ругать, а исправлять свое время. И если не сокращается количество семей, где по вине пьющих родителей дети оказались на обочине жизни, то не переводятся и приемные родители, готовые протянуть руку помощи чужим обездоленным сыновьям и дочкам.

Порог дома Нины и Бронислава я переступил не в самое удачное время. Хозяин отлучился по делам, а двойняшки Зина и Володя в тот утренний час были в школе. И только пятилетний Олик, как хвостик, ходил по пятам за мамой. Гостеприимная хозяюшка не отказалась от беседы с корреспондентом и быстро ввела меня в курс событий.

Ничего в этой жизни не происходит просто так. Вот и в этой сельской семье наступил момент размышлений: свои дети выросли, внуки — далеко, а без ребячьих голосов просторный и уютный дом начинал сиротеть. Нина честно призналась, что надоело жить ради себя. Земли предостаточно, в хлеву — пять дойных коров, рядом — живописный берег озера, недавно купили новый трактор. Однажды на семейном совете подумали: а не взять ли на воспитание сирот?.. Пусть и при живых родителях — каждый ребенок должен иметь право на счастливое детство.

О серьезности решения говорит тот факт, что вначале Нина и Бронислав прошли обучение на курсах приемных родителей. И им здорово повезло, причем сразу: двойняшки, Зина и Володя, словно ждали, когда их заберут из Даугавпилсcкого приюта хорошие родители. Приемышам очень понравился и дом, и Робежниекская школа, где их сразу окружили теплотой и вниманием. Зина окончила прошлый учебный год так успешно, что получила волостную денежную премию. Обрадованные родители к тем пятнадцати латам добавили свою поощрительную сумму, и в итоге у шестиклассницы появились первые золотые сережки. И брат, Володя, тоже стал лучше учиться, чем порадовал не только себя, но и папу с мамой. На пороге новой жизни двойняшки прошли в Робежниеках и обряд крещения.

Как рассказала мне приемная мать, она не нарадуется на старшеньких — дружные, отзывчивые, трудолюбивые. Когда надо, Зина может подменить маму во время дойки, а Володя — правая рука отца. С удовольствием колет дрова, которых для обогрева большой избы нужно немало. Третий приемный ребенок, пятилетний Олик, с детской наивностью очень быстро выдал гостю все семейные тайны: “Та мама меня совсем не жалела, — и, по-взрослому щелкнув пальцами по шее, продолжил, — понимаете, почему? Жаль маму Снежану. Может, она еще вылечится и заберет меня? Не знаю… А с мамой Ниной мне хорошо”.

Тут мы, взрослые, невольно переглянулись, а моя собеседница прояснила, что полное имя Олика — Олкан. Родился он в Германии и, вроде, его отец — мусульманин. Возникли проблемы с крещением. Когда мать вернулась в Даугавпилс, то совсем забыла про своего сынка, и его спасал от голода весь подъезд, пока не вмешался сиротский суд. Нина и Бронислав не побоялись взять совершенно запущенного ребенка. Теперь Олик, как говорится, отъелся досыта, наконец-то повеселел, научился чистить зубки, знакомится со стоматологом.

Показав гостю свои черные зубки, Олик вдруг сказал, что ему нравится играть с домашней собачонкой Кешей, а еще больше он любит смотреть мультики и слушать сказки, которые читает мама Нина. Потом начал декламировать стихи — про земляничку, про бычка… Раньше он этого не умел. Приемная мама похвалила всех троих за хороший аппетит. От парного молока никто не отказывается, а самые любимые блюда — пельмени, беляши, блинчики. На протяжении всего разговора Олик приносил мне свои игрушки-машинки, зверюшек и даже вертолет.

Сделав домашний снимок, я направился в школу, где с удовольствием познакомился с двойняшками. Шестиклассница Зинаида, взрослая не по годам, вдруг выплеснула: “В Стропском приюте было тесно и неуютно — там много детей. Нормальная жизнь началась год назад, когда нас с братом привезли в Робежниеки. Пусть поселок небольшой, но очень уютный. Хорошая школа, добрые учителя. Здесь живут сердечные люди. С мамой иногда перезваниваемся, есть еще папа и брат, только не хотелось бы к ним больше возвращаться…”

Эти слова — страшнее приговора. Можно лишь догадываться, что довелось пережить близнецам, пока они наконец-то не ощутили долгожданную ро-дительскую заботу. Узнав о цели моего появления в школе, учителя особенно нахваливали Зинаиду — за активность и старание в учебе. Тут и Володя не выдержал: “Я тоже стал учиться лучше. Мечтаю стать пограничником”.

Алексей ГОНЧАРОВ.