В тесноте, да не в обиде

Дагдские истории на тему сострадания

Что наша жизнь? Сплошные контрасты. Одни устают от бесконечных пышных презентаций, другие — считают последние сантимы перед покупкой буханки хлеба, ставшего в последнее время “золотым”. Одни и не знают уж, на какие мировые курорты отправиться нынче, другие умоляют фармацевта отоварить самый дешевый рецепт из комплекта, выписанного семейным врачом. Одни беззаботные мамаши с удивительной легкостью производят на свет сынков и дочерей, преднамеренно обрекая их на голод и холод, а другие, сердобольные женщины, не могут спокойно спать от мысли, что вокруг столько страждущих сирот при живых родителях.
* * *
В Дагдской думе мне подсказали сразу три адреса приемных родителей. В двухэтажном доме по улице Алеяс, 6 проживает Анна Язеповна Агапова. К ней-то я сразу и направился. Но вот незадача: не знал точного номера квартиры. На первом этаже прислушался, после чего постучался в самое шумное жилище. И попал по точному адресу.

Гостеприимная хозяюшка, излучающая добро, сразу велела подать нежданному гостю кофе, и только потом согласилась на разговор. Во время часовой беседы входная дверь постоянно хлопала. Анна Язеповна пояснила: “Вы не удивляйтесь, мой дом открыт для всех. Сюда часто заходят ребята из ремесленной школы, бывшие детдомовские. Одни ради чашечки кофе, другие — за материнским советом. Вот и сейчас Руслан коротает у меня время в ожидании автобуса, и не в первый раз.

Любопытная деталь: сейчас многодетная мать живет в здании бывшего поселкового совета, где давным-давно зарегистрировали и ее, как новорожденную. В родной город Анна вернулась года четыре назад, продав большой ливанский дом в Асуне. Сейчас чуточку жалеет: семья-то все увеличивается, а квартирка мала. Только в тесноте, да не в обиде. Моя приятная собеседница из тех людей, у которых любая работа спорится. В молодости Анна лет пять водила грузовик, работала в сельском хозяйстве, а еще в торговле и связи. Одним словом, выкручивалась, как могла, чтобы ее дети ни в чем не нуждались. Сейчас все они взрослые, самостоятельные, и мать без ложной скромности говорит: “За детей мне не стыдно, я горжусь ими”. Дочери Татьяна и Ольга с семьями живут в Риге, Вера — в Марупе, и все при деле. Младший сын, Янис, учится на механика в Дагдской ремесленной школе. Ему мать снимает отдельную квартиру, потому что в родимом доме тесно. Сегодня к ужину за столом будет одиннадцать едоков, — посчитала Анна.

“Когда свои дети подросли, стало пусто не только в доме, но и на душе. Исчез главный смысл жизни, ведь внуки навещают бабушку и дедушку лишь изредка. Вот я и задумалась об обездоленных детях, а мой суженый, Виктор, поддержал меня”, — неторопливо рассказывает Анна Язеповна. Вначале приемные родители взялись опекать Вадима, но ярко выраженная наследственность обернулась тем, что он стал постоянным пациентом одного из лечебных учреждений. Пересилив первую неудачу, Анна и Виктор вскоре взяли на воспитание годовалого Эдгара. Их не испугал страшный диагноз и предупреждение врача о том, что ребенок не сможет ходить. Приемные родители выходили малыша и радовались, когда он сделал первые самостоятельные шаги. Крестили его в костеле, и теперь за четырехлетним подвижным крепышом не могут угнаться даже его сверстники.

Год назад Анна и Виктор прошли обучение на курсах приемных родителей, после чего из приюта “Приедитес” привезли братьев-погодков Андрея и Сергея. Сейчас в гостеприимный дом на лето приехала Кристина, которая с удовольствием нянчит малышей.

Признаюсь честно: в спешке я так и не разобрался во всех персоналиях большой семьи, переполнившей тесную квартиру. Спасает летний “филиал” во дворе — старенький автобус, приспособленный под дачу. Очень к месту Анна Язеповна сказала такие слова: “Мне жалко всех. Любви хватает, а квадратных метров — нет. При возможности купила бы большой дом, только где взять деньги? Чем больше здесь детей и гостей, тем больше радости”.

“Вы удивительный человек, Анна Язеповна. А как же людская молва?” — спрашиваю я.

“Люди относятся по-разному. Одни убеждены, что мы воспитываем сирот при живых родителях из-за денег. Обидно слышать такие пересуды, вы ведь и сами понимаете: мы не разбогатели. Тридцать два лата в месяц на приемного ребенка при нынешних ценах — это самый минимум, да и то только для дошкольника. Не из-за выгоды, а для душевного успокоения мы стали приемными родителями.

Другие удивляются: откуда у нас с Виктором берутся силы? А мы так считаем: пусть на свободном диване лучше нежится бездомный ребенок, чем породистый пес. Столько людского горя вокруг…

Третьи полностью понимают нас и даже поддерживают большую семью, кто чем может. И местная власть нам сочувствует. В прошлом году дума помогла поехать всей большой семьей в Руиену, где состоялась встреча с министром Айнарсом Баштиксом, придавшая нам новые силы. Одного жаль: дети быстро вырастают. Но они всегда будут помнить детство, проведенное в стенах нашего дома. Я в этом убеждена”.

“В чем, на ваш взгляд, смысл жизни?”

“Только не в богатстве. Главное — что остается после тебя в детях, внуках. И не столь важно, какие они — родные или приемные. Каждый ребенок от рождения имеет право на счастливое детство. И не его вина, что вокруг расплодилось столько безответственных мамаш и папаш”.

Повезло мне в этот день познакомиться и со старшей дочерью Агаповой. И вот что сказала Татьяна: “С годами люди чувствуют возраст, а нашу мамочку годы не берут. Ее доброты хватает на всех, и мы, родные дети, тоже радуемся, глядя на ее молодой блеск глаз”.

Алексей ГОНЧАРОВ.