Вопрос — ответ

Многие жители Дагдского края пожелали узнать, насколько продвинулся снос заброшенных, превращающихся в развалины строений.

Все ли волости проявляют активность, либо некоторые отлынивают? Иными словами, людей волнует, не остановится ли начатое дело.

— Работа непременно будет продолжена, причем ее хватит не только для этого, но и еще для нескольких депутатских созывов, — отвечает председатель Дагдской краевой думы Виктор Стикут. — Чтобы осознать объем предстоящих дел, следует задуматься, сколько за советское время построено ферм, складов, зерносушилок и прочих объектов, никому ныне не нужных. С такой работой за месяц или за год не справишься, тем более что государство денег на это не отпускает. В Латвии нет ни одной программы поддержки подобной инициативы — привести в порядок историческое наследие, ставшее бесхозным. Не исключено, что кое-какие объекты пайщики приватизировали, однако пока не оформлена Земельная книга, их имена нигде не числятся. Параллельно существует еще одна проблема: пустеют жилые дома — владельцы либо выехали, либо умерли, а наследников не осталось. В нашем крае таких строений немало, их демонтаж ведется и будет продолжен. Есть в волостях и многоквартирные дома, требующие либо приведения в порядок, либо сноса. Так, в самом центре Константиново на месте многоэтажного дома “красуется” груда строительного мусора. Заключили договор о рекультивации, так что постепенно там наведут порядок.

В одной волости делаем больше, в другой меньше, но работаем! Избавляться от наследия прошлого начали с волостных центров, чтобы каждому было видно, где находится местная власть с государственным флагом у входа. Невзирая на ряд трудностей, наиболее эффективно эти вопросы решаются в Сваринях и Асуне. Стараются, конечно, и другие. Я рад, что вскоре похорошеет и центр Берзиньской волости. Но особенно много сделано в Сваринях: снесена старая ферма у дороги, ветхие сараи в центре, бесхозные строения у механических мастерских, придорожные хутора, не имеющие владельцев, либо те от них отказались. Волостная управа с помощью безработных помалу разобрала эти постройки. Заброшенные объекты — словно открытая рана: они навевают тоску и на самих жителей, и на прохожих, проезжих.

В то же время я не могу утверждать, что все волости в этом плане на высоте. Некоторые управляющие весьма инертны. Причину им следует искать в себе, хотя подчас все неурядицы стараются списать на кого-то другого. Волость — это территория ответственности конкретного управляющего, непосредственное поле его деятельности, и чего-то добиться можно лишь при условии правильной организации труда. В одной из наших волостей (договорились пока ее не называть — авт.) дела идут крайне туго. Управа должна проявить больше активности, чтобы своевременно согласовать вопрос с собственниками, а затем определиться с очередностью работ. Кладбище стоит у дороги, и неприглядная картина за его оградой бросается в глаза каждому. Вывезти бы этот мусор, однако руководство ссылается на то, что не может договориться с собственниками. Что значит, не может? Не говорит, вот и не может! Думаю, что никто из частников не возражал бы против ухоженной территории. Ясно ведь, что груды мусора ценности лесу не добавляют. А вывезти их нельзя, поскольку не существует подъезда. Я уж не говорю о нескольких безобразных зданиях в самом центре поселка, до которых практически никому нет дела. Есть поле деятельности и в Дагде: заброшен ряд промышленных объектов, жилых домов, ведь численность населения продолжает сокращаться не только в деревне. Надеюсь, что наша инициатива найдет поддержку и у депутатов следующего созыва.

— Нередко люди выражают недовольство трудом безработных, то и дело спрашивая, есть ли над ними элементарный контроль. Хотелось бы знать, как может повлиять в этом плане на волостных управляющих председатель краевой думы?

— Если я, как руководитель самоуправления, вижу, что дела в той или иной волости идут неважно, то вправе потребовать объяснения — письменного или устного. Когда перемен к лучшему не видно на протяжении длительного времени, вопрос выносится на комитет, а затем на заседание думы. Управляющий волостью — должность не пожизненная, по закону, его утверждает краевая дума. Непосредственный же надзор за деятельностью волостных управ осуществляет исполнительный директор краевой думы.

Что до безработных, то их контролирует руководитель волостной управы, что и записано в его трудовом договоре. С людьми же напрямую работает ответственный, назначенный в каждой управе. Если у населения возникают претензии к “столатовикам” (скажем, плохая организация труда, прогулы, выход на работу в нетрезвом виде), то следует обратиться к управляющему и потребовать навести порядок. Причем сделать это в письменной форме, наряду с волостной управой, адресовав заявление также краевой думе — чтобы оно появилось в нашей базе данных. Но первым долгом надо обращаться к руководителю волости: он может вызвать к себе ответственного, заслушать его и принять в его отношении решение.

С другой стороны, мне известно, что не все так просто, как кажется в первый момент. Проблема в том, что часть этих людей неуправляемы, ни с кем не считаются. Неважно, плохой ты или хороший, они просто не подчиняются. Другое дело, если руководитель работ выпивает вместе с ними. Такое категорически недопустимо.

— Спасибо за ответы!

Вопросы задавал Юрис РОГА.