Государственный фонд капитала культуры поддержал проект специалистов Индрского самоуправления “Возрождение органа в Бальбиновском костеле”, отпустив на его реализацию 1500 латов. Добавив свои средства, волость пригласила столичных специалистов — реставратора Алвиса Мелбардиса и настройщика Мартиньша Секлиса.
Они изучают орган, готовят документацию, разрабатывают программу реставрации. Затем самоуправление обратится в Государственную инспекцию охраны памятников культуры с просьбой утвердить документ и составит еще один проект — восстановления органа.
По словам реставратора Алвиса Мелбардиса, у бальбиновского органа, так же, как у других органов Латвии и мира, своя жизнь. В конкретном случае просматриваются три этапа. Самый первый может быть датирован серединой 19-го века, либо около этого. Свидетельство тому — роскошный корпус органа. Также часть труб — металлические — сохранилась из этого периода. Не исключено, что и деревянные трубы. Хотя в этом реставратор не уверен, надо изучить более подробно. На деревянных трубах, в отличие от металлических, отсутствует характерный для мастера почерк.
Где-то между Первой и Второй мировыми войнами орган полностью перестроили — сообразно с эстетикой того времени. Ничего необычного в этом нет: органы переделывались часто, так как менялись требования к звучанию и трактуре. На втором этапе бальбиновский орган обрел новую внутреннюю структуру — виндлады (воздушные ящики), мехи, всю остальную “начинку”. Нетронутым остался корпус и частично — прежние трубы. Это означает, что вполне возможно восстановить изначальное звучание инструмента. Кстати, винд-лады и клавиатура весьма необычны для Латвии. А. Мелбардис работает в этой сфере более 20 лет, и еще ни разу не встречался с пневматикой подобной конструкции.
Третий период — к сожалению, самый печальный. Он берет начало в 1990 году, когда орган перестал функционировать, так как нуждался в реставрации. Видимо, было нелегко найти нужного специалиста, и наняли людей из Литвы. Похоже, они не имели должного опыта обращения с пневматической трактурой и пневматическими ящиками, поэтому просто заменили механизм. Причем встроили то, что не имеет никакого отношения к органу: электрические телефонные контакты, древесно-стружечную плиту, пластмассовые трубки различной толщины. Так появилась теперешняя версия механизма.
Возможно ли восстановить орган, и каким он должен быть сегодня? По мнению столичных специалистов, более разумно возродить музыкальный инструмент в том виде, какой он имел на втором этапе своей жизни. Тем более что на чердаке обнаружили многое из того, что было демонтировано.
А. Мелбардис: “В наши дни возможно все. Вопрос лишь в том, сколько это будет стоить. Однако в данном случае не это главное. Переделывая, мы всякий раз что-то разрушаем. А ведь важно сохранить то, что когда-то было. К сожалению, тогда царил псевдооптимизм: мол, развиваемся, идем вперед, делаем все лучше и лучше. Наконец-то люди поняли, да и практикой подтверждено, что современные материалы — не всегда ценные, а приемы далеко небезупречны.
Первая мысль — надо что-то делать. Приехав сюда в мае, поняли, что на скорую руку не получится: в 90-е годы орган перестроен. Теперь надо остановиться и подумать, что лучше. Возможны три варианта, и надо выбрать наиболее подходящий. Порыться в архивах, побывать в экспертном совете при инспекции по охране памятников — пусть и другие коллеги скажут, что они по этому поводу думают. Учтя пожелания местного населения, мы могли бы сформулировать базовый вариант, чтобы знать: то, что делаем, соответствует той или иной концепции. Чтобы не получилось так, что, проработав два года, поняли: занимались совсем не тем, в чем больше всего нуждался орган.
Орган никогда не был унифицированным, практически каждый из этих музыкальных инструментов создавался индивидуально, каждый имеет свою историю. Поэтому сравнивать их друг с другом не так легко, как другие вещи. Этот орган представляется весьма интересным, думаю, человек, который его сделал, в Латвии широко неизвестен. Честно говоря, ничего подобного я не видел, мастер наверняка обладал особенным подходом. В то же время это весьма добротная ручная работа — судя хотя бы по мельчайшим деревянным деталям.
Что до привлечения реставраторов, то теперь открыт весь мир. Многие фирмы работают за пределами своих стран, и это нормально. Мы, например, трудимся в Швеции и Эстонии”.
По словам специалистов, орган строится надолго, тем не менее, требуются периодический уход за ним, регулировка, тем более что в храме постоянно меняется температура, влажность воздуха. В отличие от человека, на колебания температуры орган реагирует незначительно, а вот от уровня влажности зависит многое. Надо следить, чтобы зимой воздух не был слишком сухим, а летом — чересчур влажным. Для Латвии это главная проблема и наиболее частая причина выхода музыкального инструмента из строя. Конечно же, ни в коем случае не должна протекать крыша. Если орган качественно построен и за ним регулярно ухаживают, то он может про-служить без реставрации 80 лет. В более зажиточной Европе их обновляют через каждые 30-40 лет. Пневматика будет благодарна, если хотя бы раз в неделю на органе играют. Наконец, чтобы отреставрированный инструмент прослужил как можно дольше, необхо- димо закрыть к нему доступ случайных людей.
Юрис РОГА.
0 komentāru