Звонкое счастье

Ветеровка. Зеленый добротный дом у дороги, техника во дворе и новая молочная говорят сами за себя: здесь живут настоящие хозяева.

К Дмитриевым я заглянул в неурочный час, когда Сергей и Людмила ждали молоковоз. Вскоре автоцистерна припарковалась в привычном месте, и за несколько минут три центнера крестьянской продукции с помощью молокопровода были готовы к транспортировке. Хозяйка сразу внесла ясность: “Это двухдневный надой”.

…В который раз я напрасно представляюсь. Людмила лишь широко улыбнулась: “Да знаете вы нас, мы всегда посещаем крестьянские балы в Краславе”. Возможно, только близкое знакомство состоялось впервые, да и повод весьма серьезный — Дмитриевы воспитывают приемных детей.

Знаю немало примеров, когда в недавние “времена землемеров” рискованные горожане выбрали село для постоянного проживания. Охотники за быстрой прибылью, хватив лиха и скорехонько разочаровавшись в никчемности деревенского труда, развернули оглобли. Другие, закусив удила, назло равнодушным столичным чиновникам, презирающим Латгалию, проявили невиданное упрямство. Как раз ко второй категории и относятся мои новые знакомые.

Оба — настоящие рижане, но с родовыми латгальскими корнями. И Сергей, и Людмила в школьные годы проводили каникулы у дедушек и бабушек в деревне, поэтому ответственное решение — променять Ригу на самую глубинку — принимали сообща и вполне осознанно. Начинали разворачивать свое хозяйство в Плейках, но с годами родительская забота о подрастающих детях побудила перебраться в поселок. Живя теперь в Скайстской волости, Дмитриевы не забывают и Робежниеки, где на новогодних балах всегда встречаются со старыми знакомыми и хранят самые лучшие воспоминания о сердечном человеке Эрике Габрусане.

Своих детей у Дмитриевых двое: старшая, Татьяна, учится в университете на социолога, а Екатерина нынче окончит учебу в школе “Варавиксне”. Мать своих дочерей называет северянками: обе родились у самой Новой Земли — в Амдерме, куда Сергей, дипломированный радиотехник, получил направление после окончания Рижского летно-технического училища гражданской авиации. Закалка Крайним Севером позже пригодилась семье Дмитриевых, которые принадлежат к неистребимому племени оптимистов.

Так уж сложилось, что в тот полный хозяйских забот день беседовать мне довелось только с Людмилой. В неторопливых словах полноправной деревенской женщины — житейская мудрость и доброта. Знакомый тип тех редких людей, для которых главный смысл жизни — не только в собственном счастье. Замечательные слова сказала Людмила: “Мне всех жалко. У нас живут девять котов, пять собачек, а в хлеву — семнадцать дойных коров. Когда свои дочери повзрослели, наш большой дом стал пустеть. Вот мы с Сергеем и придумали, как продлить родительское счастье. Сами мы — сильные, а кругом столько нужды и горя”.

Людмила вспомнила случай, когда однажды в дороге приняла у знакомой роды. Только та мать не дорожила своими детьми. Тогда у Дмитриевых и возникла первая мысль о приемных детях. В тот раз не удалось, но позже в детдоме они присмотрели сынишку Женю, сиротку при живой матери. За восемь лет проживания в новой семье мальчик сильно изменился, однако наследственность дает о себе знать. Только в прошлом году биологическую мать лишили родительских прав. Из запущенного ребенка Дмитриевы воспитали хорошего сына. Со слов матери, Женя очень трудолюбивый, ласковый, добрый, но грусть в глазах продолжает оставаться. Это заметил и я, когда фотографировал второклассника в школе вместе с сестричкой из подготовительной группы.

Соседка Дмитриевых, Гертруда Летунова, как-то подсказала, что в рижском приюте есть хорошая девочка. Пока оформляли документы, ее взяли те приемные родители, которые начали процедуру опекунства раньше. Дмитриевы даже расстроились, но Бог милостив, и им предложили другую девочку. Родители сейчас не нарадуются на шестилетнюю Сабину — приличное воспитание в столичном детдоме дало свои плоды. Веселая, шустрая, сообразительная дочурка теперь всеобщая любимица в доме.

Так и стали хорошие люди Дмитриевы родителями четверых детей, на содержание и обучение которых требуются средства, и немалые. Трудолюбивая чета знает, как их зарабатывать. Их приусадебное хозяйство — более трех десятков гектаров собственной земли, плюс аренда. Со специализацией тоже определились — дойное стадо. Молочную комнату построили сами, а вот оборудование — охладитель и доильный аппарат — удалось получить через проект. Людмила призналась, что они с Сергеем привыкли полагаться на себя. Но при всей хозяйской осторожности иногда вынуждены прибегать к кредитам. Недавно за французский зерноуборочный комбайн, далеко не новый, пришлось выложить 2,5 тысячи латов, за пресс — три тысячи. Назрела необходимость приобрести второй трактор, а деньги как приходят, так и уходят. Пугает растущая дороговизна, а закупочные цены на молоко остаются прежними. Вот и сейчас мешок комбикорма подорожал почти на лат, а семья ежемесячно тратит на это 240 латов. Хроническая несправедливость к плодам крестьянского труда не улучшает настроения.

Только некогда Дмитриевым предаваться унынию: сама жизнь диктует темпы развития. Подошло время строить навес для техники, сарай для сена, продолжить ремонт избы. Семья-то увеличивается… С нетерпением ждут родители возвращения ребятишек из школы, и тогда дом наполняется звонкой радостью.

Алексей ГОНЧАРОВ.