Как мы уже сообщали, в ознаменование 90-летия провозглашения независимости ЛР 27 жителям района были вручены награды Краславского районного совета. Похвальной грамоты за весомый вклад в развитие самоуправления удостоена также Эрна Шляхота, заведующая Свариньским народным домом.
Насколько хорошо мы знаем своих людей? Если речь об Эрне, то ее имя известно всему району, и, похоже, нет в этих краях человека, для которого она оставалась бы темной лошадкой. Руководитель нескольких коллективов, активистка самодеятельности, инициативная, отзывчивая, чуткая, душевная — перечень добрых качеств можно продолжить. Но лучше всего это сделают люди, с ко-торыми Эрна работает изо дня в день. Иногда она добивается успехов, достойных искреннего восхищения: когда беседуешь с Эрной, даже в голову не приходит, что ее родной язык — русский.
Здесь уместно пересказать историю, напрямую связанную с недавней Похвальной грамотой. В таких случаях, как правило, не обходится без поздравлений от друзей, знакомых. Одна женщина, белоруска по национальности, почти не владеющая латышским языком, долго изучала грамоту, а потом сказала: “Никак не пойму, за что. Наверное, с 90-летием нардома…” На что Эрна отшутилась: “Юбилей у нас был, но поскромнее — всего 50”. Тогда собеседница, не подумав, выпалила: “Ага, значит, это в честь твоего 90-летия! Ой… что это я!” А когда женщине перевели слово “ieguldоjums”, она пришла к выводу, что речь идет не иначе как о 90 латах, вложенных Эрной в развитие самоуправления. В конце концов, вдоволь насмеявшись, все расставили по местам.
Трудно сказать, сколько в этой истории правды, а сколько — вымысла, но ясно одно: в Сваринях Эрну любят, уважают, всячески поддерживают. А вот она сама еще толком не опомнилась: свариньская делегация, отправившаяся в тот день в Краславу, состояла из нескольких человек, и Эрна была убеждена, что награждать будут кого-то другого из их группы. Теперь же она испытывает огромное удовлетворение, тем более что односельчане в частных беседах признают: так оно и должно быть! Эрна же была бы рада, если б Похвальную грамоту получили и другие жители волости, работающие так же усердно и вполне заслуживающие высокого признания.
Современная молодежь мечтает о заметных должностях, высокооплачиваемых профессиях. А вот Эрну с первых школьных дней интересовали блеск и закулисье сценической жизни. Так что смело можно утверждать: к своей сегодняшней профессии она шла осознанно и целенаправленно. В Лабиешской школе девочку приметила деятельная пионервожатая Раиса Петунова, проводившая множество разных мероприятий, непременно с участием Эрны. А став пионеркой, она возглавила совет дружины.
Интерес к культурной жизни не иссяк и позже — в Эзерниекской средней школе. Будучи десятиклассницей, в одной из газет Эрна прочитала о наборе в республиканскую школу старших пионервожатых. Она написала письмо директору этого учебного заведения и вскоре получила ответы на все свои вопросы. Однако на этом пути пришлось преодолеть препятствие.
“Возникли некоторые разногласия с замечательной, дальновидной учительницей Лидией Бриль. Она настаивала, чтобы я непременно поступила в вуз и стала педагогом, — вспоминает Эрна. — До сих пор не могу понять, каким образом она увидела во мне учителя и почему не настраивала на техникум культработников. Может, потому, что я хорошо училась? По сей день переживаю, что не пошла тогда в этот техникум. В конце концов, заявила, что готовлюсь в вуз, а поступила по-своему: подала документы в школу старших пионервожатых.
Она оказалась очень серьезным учебным заведением, с множественными практиками — и в пионерском лагере “Альбатрос” прославленного завода ВЭФ, и в рижских школах. Программа насыщенная: танцы, музыка, батика, рисование, оформление, работа над сценариями для зрителей всех возрастов. Нас учили выдающиеся педагоги. Словом все, как в настоящем училище культработников. Быстро и легко вошла в колею, все получалось, ничего не приходилось делать через силу”.
Учительница Лидия Бриль стала для Эрны в некотором роде человеком судьбоносным. Однажды после работы на совхозном поле дети решили искупаться в Кайришском озере. Эрна с подругой заплыли подальше от младших — мол, они-то уже взрослые. Вдруг подруга воскликнула: “Ой, как глубоко!” И тут ноги перестали слушаться Эрну, а дальше она ничего не помнит. Оказывается, спасла девочку учительница Бриль.
Эрна родилась и росла в Свариньской волости. Семья небольшая — отец, мать и брат. После учебы в Риге у девушки был реальный шанс остаться в столице, даже получить квартиру. Но любовь слепа: какая Рига, если дома ее ждет любимый человек — Айвар! И она вернулась. Айвар же к тому времени тоже окончил учебу и трудился на стройке в Резекне. Оказывается, и у него была возможность жить в этом городе, но парень бросил все и приехал на родину — в Кроманишки. Только спустя годы оба с удивлением выяснили, что могли остаться в городах, но друг другу в этом не признались. А говорят, что любовь не затмевает рассудок!
Айвар без труда устроился шофером, Эрна же по направлению райкома комсомола должна была отправиться пионервожатой в Упмальскую школу. И снова вмешалась Лидия Бриль — добилась того, что 1 сентября Эрна начала работать с пионерами в Эзерниеках. Кроме того, учительница настояла на том, чтобы девушка получила высшее педагогическое образование. И она поступает на исторический факультет Даугавпилсского пединститута. Увы, в силу объективных причин окончить его так и не удалось. Первый год учительница была также наставником молодой вожатой, каждое утро заглядывала в пионерскую комнату и интересовалась текущими планами. Проверяла дневник, давала оценку, разъясняла то, что непонятно. И так целый год.
Эрна: “Одно время казалось, что не выдержку. Учебный год закончился, начался новый. По привычке жду учительницу. Но ни утром, ни после обеда она не появилась. На другой день то же. Собралась с духом и пошла к ней сама: “Почему не проверяете?” В ответ услышала: “Все, год прошел, теперь работай самостоятельно, без подсказки”. Восприняла эти слова с удовлетворением”.
Будучи в Эзерниеках, Эрна вышла замуж за Айвара. Появился первенец. Увы, случилась беда — малыш умер. Тяжело переживая случившееся, семья решила вернуться к истокам, в родные Сварини. Эрна устроилась учительницей начальных классов в Лабиешской школе, откуда вскоре ее переманили в нардом. Впрочем, молодая женщина особо не сопротивлялась, культура ей всегда нравилась. Когда еще училась в Риге и на праздники приезжала к родителям, тогдашняя завклубом, кстати, очень опытный специалист, разыскивала Эрну и звала ее на помощь. Сама она характеризует те годы кратко: “Вернувшись домой, тут же бежала в клуб, так сказать — с корабля на бал!”
Хотя стаж на культурном поприще у нее большой, оказывается, в нем есть пробел — длиною в целых пять лет. Приступив к работе в 1986-м, спустя три года уволилась: обидевшись, положила на стол заявление и ушла. Казалось, навсегда. Но никогда не говори “никогда”. Вернувшись в декабре 94-го, трудится по сей день.
Эрна ушла из Дома культуры не из-за денег. Ситуация зрела исподволь: масса начальников, каждый требовал свое — компартия, комсомол, директор, председатель профсоюза, сельсовет, краславское руководство… Всем не угодишь. Да и не такой у Эрны характер, поэтому приходилось нелегко. Репетировали до полуночи, между тем, стали упрекать: почему ее нет на рабочем месте с восьми до пяти? Фактический результат никого не интересовал, главное — отсидеть часы. Капля по капле, и чаша переполнилась. К тому же дома маму ждали двое малышей. Эдуард сегодня живет и работает в Даугавпилсе, Ивар — пока студент Резекненской высшей школы. Кстати, любопытный факт: все мужчины из этой семьи по образованию строители. Правда, супруг в данный момент трудится волостным шофером.
Уйдя с должности завклубом, Эрна сложа руки не сидела. Освоила новую профессию и стала работать на предприятии “Дайльраде”. Можно даже сказать, открыла в себе новый талант — вязальщицы — и доросла до 4-го разряда (5-й имели только мастерицы “Дайльраде”). Вязала дома свитера, джемпера и другие трикотажные изделия — детские, женские, мужские. Работа ручная, официальная, материально выгодная. Сидя дома, зарабатывала больше мужа, трудившегося в колхозе от зари до зари. Если перевыполняла план, давали премии.
“Вначале просиживала за станком больше восьми часов в день, — вспоминает Эрна. — Начинала трудно, хотелось выполнить план, чтобы нормально заработать. Не тянуло ни в гости, ни в Дом культуры — надо было вязать. Одно время, по словам мужа, даже во сне пальцами шевелила. Словом, первое свободное воскресенье выдалось только через полгода…”
Возвращение Эрны в нардом пришлось на период, когда рушилось все и вся. Помнится, волостное руководство напросилось якобы на чашечку кофе, а на самом деле поводом для визита стало предложение трудоустройства. Поскольку к тому времени Эрна уже была без работы, то решила, что ее заработок совсем нелишний. Три дня подумала, переговорила с мужем и пришла в волость: “Как сейчас помню — положили передо мной лист бумаги и авторучку. Долго вертела ее в руках, наконец, решилась и написала заявление”.
К работе Эрна приступила в сложных условиях, культурную жизнь фактически приходилось строить с нуля. Никакой литературы, сценариев, аппаратуры, коллективов — ничего. К тому же, пока сидела дома, кардинальные перемены произошли и в другой сфере: актуальным стало знание латышского языка, национальных праздников. Первым ее мероприятием были Рождество и новогодняя елка для детей в тесноватом помещении бывшей столовой, которое даже не отапливалось, а первым человеком, пришедшим на помощь, стала подруга детства, библиотекарь Люда Паскачима. Вместе искали материалы на латышском языке, уже о новых праздниках. Рождество — что это такое? Возможно, сегодня кто-то усмехнется, тогда же Эрне и ее подруге было не до шуток. К счастью, в волости сохранился один коллектив — вокальный дуэт в составе Николая Янченко и Игоря Штокало. Теперь они больше не выступают, однако в первое, самое трудное время очень помогли Эрне.
Позже на протяжении нескольких лет Народный дом располагался в бывшем кафе, уже с печкой, каминами. Эрна поняла, что надо делать ставку на молодых. Они согласились помочь: провели елочку для дошкольников, подготовили концерт на Пасху, участвовали в других мероприятиях. Наконец, Эрна и ее коллективы перебрались в теперешние помещения, уже отремонтированные. Здесь настолько хорошо, что мытарства забылись, кажется, так было всегда. Зато все знают, сколько усилий потребовалось, как и то, что без поддержки жителей волости — юных и пожилых — ничего не достигли бы. Это Эрна не перестает повторять везде и всегда. Ей даже в голову не приходит задаться вопросом: а нужна ли культурная жизнь на селе? Положительный ответ дали сами люди.
“Не знаю ни одного человека в поселке, кто возражал бы против вложения самоуправлением денег в культуру, — выдержав небольшую паузу, говорит Эрна. — Люди у нас активные, с большим нетерпением ждали начала и окончания ремонтных работ. Переживали, что пришлось перенести празднование 18 ноября. А ведь это свидетельствует о положительном отношении. Репетировали даже во время ремонта, в тесноте — пели, танцевали”.
Каждый человек имеет свой предел физических возможностей и рано или поздно нуждается в восстановлении сил. Что до Эрны, то у нее столько интересов, что не знаю даже, с чего начать. Серьезное хобби — выращивание кактусов. Стильно смотрелся в былые годы костюм из ткани, собственноручно расписанной батиком. Вместе с несколькими другими женщинами Эрна прошла курсы плетения, которые вела бывший преподаватель, а ныне пенсионерка из Огре, имеющая в этих краях землевладения. Эрна вспоминает, что сама нашла эту интереснейшую женщину. Будучи латышкой, как раз она-то и переломила нерешительность Эрны говорить по-латышски.
“Языковая основа у меня неплохая, за что огромное спасибо учительницам латышского языка и литературы из Эзерниекской и Лабиешской школ Антонине Дубре и Леоноре Станько. Не исключено, свою роль сыграли гены, мои мама и бабушка — латышки. Как бы то ни было, поначалу стеснялась разговаривать, зато теперь ничуть не переживаю за ошибки: раз люди меня понимают, значит, все в порядке!” — считает Эрна.
Она самостоятельно подготовилась к экзаменам и сдала сразу на высшую категорию. Сидела за словарями, написала более 30 сочинений на разные темы.
Эрна продолжает изучать родословную. Бабушка по отцовской линии — Александрина — как-то сказала внучке, что та похожа на прадеда Михаила. Его звали на все свадьбы, сам сочинял стихи и монологи. Правда, пока так и не удалось найти ни одного из этих произведений. Зато на счету Эрны уже 19 свадеб, где она была посаженной матерью.
Вернувшись в Народный дом, заведующая тут же занялась фотографией. Снимков уже хватит для серьезного архива. Эрна любит фотографировать мероприятия — будет что вспомнить. Мечтает о добротной цифровой камере, эксплуатация пленочного фотоаппарата в наши дни стала накладной.
А вот к чему Эрна равнодушна, так это купание, походы в лес и путешествия. После дальней поездки она чувствует себя совершенно разбитой. Ягоды и грибы собирает муж, зато сама хозяйка охотно возится на кухне, варит-парит дары природы. Впрочем, рыба ее уже “достала”: все трое мужчин — Айвар, Эдуард и Ивар — заядлые рыболовы.
Юрис РОГА.
0 komentāru