Пингвинов не будет!

Робежниекская семья Габрусанов время от времени пополняет новыми питомцами и без того уже многочисленную семью обитателей зоосада.

Приставка “мини”, пожалуй, больше неуместна: позади времена, когда здесь обитали пара страусов, несколько коров, поросят и кур…

Нынешние масштабы хозяйства навевают на размышления: как справляется со всем этим деревенская семья в одиночку? К тому же, не останавливается на достигнутом, а ищет и находит новых, интересных животных, птиц — к великой радости туристов. Виестур Габрусан улыбается: “Эх, если б жили под Ригой, от приезжих не отбились бы, хотя и сюда едет немало народу”.

Как не ехать! В конце прошлого года мини-зоопарк (пока оставим прежнее название — по сути, это брэнд хозяйства) пополнила новая экзотическая живность. Не знаю даже, с кого начать. Впрочем, давайте по очереди, в той последовательности, что показывал нам Виестур. Покупки сделаны у эстонских коллекционеров, в свою очередь, Габрусаны продали им пекарей.

Три в одном

Это отнюдь не реклама сладостей, а патагонские мары. У Габрусанов их две — мальчик и девочка. В сидячем положении это забавное животное напоминает кролика, прыгает как кенгуру, бежит как косуля. Совсем еще малыши — всего около года — своими тонкими лапками они усердно роют норки, в которых и живут. Едят то же, что кролик, только мордочка совсем не кроличья, скорее, это косуля в миниатюре. Летом зверька кормят сеном, зерном, зимой — морковкой, капустой и т. д. Конечно же, дают воду. “Был бы хвост, чем не кенгуру! — говорит Виестур. — Забавно прыгает, иногда всеми четырьмя лапами сразу. Зимой держали в тепле, не хотели рисковать. Мясо съедобное, даже диетическое. Неплохая шкурка. У мары много врагов, в первую очередь, человек. Надо остерегаться лисиц, расплодившихся в несметных количествах. Надеемся дождаться потомства “патагонцев”, хотя их рождается меньше, чем крольчат”.

Половина есть!

Из шести видов нелетающих птиц у Габрусанов три — африканский страус, австралийский эму и южноамериканский нанду. Троица годовалых нанду приобретена в конце прошлого года — чтобы уже этим летом радовать турис-тов. Нанду имеют крылья и походят на африканского страуса больше, нежели бескрылые эму. Все равно ни один из них в воздух подняться не способен. Нанду дружно уживаются с эму, а вот в загон к “африканцам” никого пускать нельзя — забьют до смерти.

“Конечно, могла быть другая птица, но на земле существует только шесть видов нелетающих, — аргументирует Виестур свой выбор. — Три у нас есть, теперь дело за киви, казуаром и пингвином”.

— Неужто нам выпадет честь лицезреть пингвина?

— А почему нет? Купим большой холодильник, и пусть сидит себе на здоровье да питается рыбой!

— Вот, значит, как…

— Только не вздумай преподнести это на полном серьезе — все будут спрашивать: а где же пингвин? Так же, как до сих пор после публикации в одной из газет у меня требуют показать крокодила. Отвечаю: “Там, в пруду. Хочешь — возьми кол и пошевели, может, вылезет. Только вот охотников что-то не находится…”

Поди разберись, когда Виестур говорит серьезно, а когда шутит. Как бы то ни было, про пингвинов — шутка, как и когда-то про крокодила. Зато все остальное — в самом деле: в хозяйстве появились новые обитатели. Хотите убедиться в этом лично — езжайте в Робежниеки! Правда, цивилизация (имею в виду асфальт) сюда еще не дошла. Но разве это помеха?

Юрис РОГА.